Последние комментарии

  • Любовь Баусова (Пухова)
    Давным-давно я уже не ученица, и не собираю новенькие тетради, учебники, свежими типографскими красками пахнущие, не ...Сегодня Первое
  • Сергей Гладков
    Наша первая учительница. 1963 г.Юбилярша встречала пирогами
  • Сергей Гладков
    Кстати, о западных либералах. Александр Алексеевич имел привычку во время уроков отлучаться минут на 10-15, давая нам...Ватники

Без срока давности

События развивались в период моей службы (2012-2013 гг.) в Верхнеландеховском районе, куда я назначен был начальником пункта полиции (ПП №17), который и в настоящее время входит в состав межмуниципального отдела МВД России "Пучежский" Ивановской области.

В 2012 году наш отдел посетил с рабочим визитом сотрудник Шуйского отделения УФСБ России по Ивановской области Панов Александр Григорьевич (ФИО изменено).

В ходе встречи обсуждались рабочие моменты, но главную цель своего визита он озвучил в конце разговора. По имеющейся оперативной информации, на территории Верхнеландеховского района скрывается особо опасный преступник, принимавший участие в Чеченской войне на стороне боевиков. Проживает он как мирный дехканин с семьёй в с. Симаково, выращивает скот, имеет даже подсобных рабочих. Фамилия и имя оперативникам была известна, это был некто Мурадиев Рустам Багирович (ФИО изменено). Но является ли данный гражданин тем самым боевиком, которого разыскивали за совершение преступлений террористической направленности, достоверно известно не было. ФСБ располагало видеозаписью бандитов, когда они снимали себя в ходе боестолкновений с российскими военнослужащими, то ли для бахвальства друг перед другом, то ли для отчёта перед своими покровителями. Неважно, главное была запись, где боевик по фамилии Мурадиев стреляет в наших военнослужащих. И задача оперов была такова: установить, что это один и тот же человек, проживающий в с. Симаково, и на видеозаписи боевиков. Вроде бы всё просто. Но сложность заключалось в том, чтобы не спугнуть его, и он не успел предупредить таких же, как он "братьев по оружию", совершивших аналогичные преступления и также скрывающихся от правосудия. По оперативным данным Мурадиев мог поддерживать с ними связь по мобильному телефону и если бы он не вышел со своими подельниками на контакт в определённый период, то это могло бы насторожить их и спугнуть. Мурадиев регулярно по пятницам ездил на вечерний намаз в мечеть г. Иваново и это указывало, что он, возможно, связан с преступниками. Хотя, это также могло его характеризовать как глубоко верующего человека. Он был спортивен, подтянут, немногословен, законов старался не нарушать. Его повседневная одежда указывала на то, что у него было военное прошлое или он питает слабость к военной одежде. Одевался он не в простой отечественный камуфляж, а очень качественный, НАТОвского пошива, начиная от кепки и футболки и заканчивая другой верхней одеждой. Панов твёрдо рекомендовал об этом разговоре никому не сообщать, ни непосредственному руководителю в Пучежский отдел, ни в УМВД области. Боялись утечки информации. Это могло привести к провалу готовящейся широкомасштабной, одновременной оперативной операции на территории РФ. В подробности готовящейся операции, меня пока не посвятил. Один из подчинённых сотрудников – это старший оперуполномоченный уголовного розыска Федотов Сергей Борисович, уже был в курсе проводимой работы, которая ещё началась до моего назначения на должность начальника ПП №17. Панов попросил подыскать ещё одного опытного сотрудника для работы в указанном направлении, умеющего держать язык за зубами. Вернее, с ним сразу же и согласовали фамилию этого сотрудника, старшего участкового уполномоченного Скворцова Олега Александровича, как раз на его административном участке и проживал разрабатываемый. Было указано, чтоб лишний раз Мурадиева не дёргать, какие нужно будет провести мероприятия, сообщат дополнительно.

Из разговора со своими сотрудниками мне стало известно, что Мурадиев попадал в поле зрения правоохранителей по мелким административным правонарушениям, и то больше не по своей вине. То его скот потопчет у соседей посевы, то ещё что-то подобное. С полицейскими вёл себя сдержанно, уважительно, даже деликатно, как раз это и настораживало сотрудников. Если действительно был в чём-то виноват перед соседями, то старался сразу урегулировать конфликт и загладить вину.
Проживал Мурадиев в с. Симаково около года, приехал к своему дяде Мурадиеву Ризвану Тазабековичу (ФИО изменено), устроился работать к нему управляющим фермы. Взял в жёны девушку с двумя детьми, она родила ему ещё дочку. В общем, жил очень мирно, воспитывал детей, занимался хозяйством, а супруга ездила на заработки в г. Москву. Возрастом он был чуть больше 30 лет. Глава Симаковского сельского поселения Царёва Галина Александровна заставила Мурадиева прописаться и встать на учёт в военкомате. Вот тогда он и попал в поле зрения правоохранителей. Ведь все пребывающие в глубинку России лица, из так называемых "горячих точек", очень досконально проверяются спецслужбами на причастность к террористической деятельности. Видимо его фамилия совпала с лицом, разыскиваемым за подобные преступления. И Центр противодействия экстремизму УМВД России по Ивановской области (Центр) прислал в отдел уголовного розыска пункта полиции соответствующую информацию, что Мурадиев "засветился красным", т.е. возможно причастен к кровавым преступлениям, и дал указания собрать про него более подробную информацию. Началась планомерная оперативная работа, в селе был подобран источник оперативной информации, способный подробно освещать его жизнь. Сам негласный источник не знал в чём подозревается Мурадиев и почему отрабатываются его связи. (Уже после задержания бандита, негласный источник признался, что если бы он знал что совершил Мурадиев, то скорее всего не стал бы сотрудничать с правоохранителями. Просто испугался бы.). Собиралась любая информация про Мурадиева. Кто к нему приезжает? На чём? Номера автомашин? Когда он уезжает и на какое время? Чем занимается? Всё полученная информация передавалась в Центр для анализа и обработки. Необходимо было выяснить кто он в действительности, с кем поддерживает связь, причастен ли он на данный момент к террористической деятельности? Предполагаю, что использовалось прослушивание телефонных переговоров. С Пановым обсуждался вопрос возможной скрытой видеосъёмки Мурадиева путём обвешивания спецаппаратурой участкового. Видеозапись помогла бы сличить подозреваемого с имеющейся видеозаписью боевиков. Обсуждалось проведение и других технических мероприятий, о сути которых я не могу рассказать даже сейчас. Но обошлось без этого, видимо и так набралось данных, которые подтверждали, что это один и тот же человек.

В начале мая, 2013 года, мне позвонил Панов А.Г. и сообщил, что спецоперация по задержанию Мурадиева состоится 11 мая, для ее проведения в Верхний Ландех приедут: сотрудник ФСБ России из г. Москвы, ивановский представитель ФСБ и два сотрудника Центра противодействия экстремизму МВД по Чеченской Республике. Около 9 часов утра 11 мая указанные сотрудники на двух автомашинах прибыли в ПП №17. Сотрудник ФСБ России представился как Коновалов Константин Борисович (ФИО изменено), он был старший группы. Коновалов сразу распорядился чёрную Ауди с чеченскими номерами загнать во двор пункта полиции, сотрудникам из Чечни выделить отдельный кабинет и организовать им чай. Им он строго-настрого приказал здание полиции не покидать, по посёлку не шататься, сидеть и ждать. Сотрудники из Чечни были одеты в одежду чёрного цвета, оба лысые, с накачанными мышцами и с табельным оружием в оперативных заплечных кобурах. В общем, ребята бравые. Но использовать Коновалов К.Б. их браваду в задержании преступника не предполагал. Их задача была - этапировать подозреваемого, при его успешном задержании, на допрос в г. Ессентуки Ставропольского края, в Главное следственное управление Следственного комитета РФ по Северо-Кавказскому федеральному округу. Коновалов ознакомил меня с имеющимися у него на руках документами, а именно поручением о проведении оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) и повесткой о вызове на допрос Мурадиева, подписанные старшим следователем по особо важным делам полковником юстиции Курбановым М.А. Из поручения о проведении ОРМ стало ясно, что Мурадиев и ещё двое фигурантов (Куванаев и Таушев) в составе незаконного вооруженного формирования под руководством Басаева и Хатаба в октябре 1999 года участвовали в боевом столкновении, с выполнявшими боевую задачу, подразделениями федеральных сил у станицы Червлёной Шелковского района Чеченской Республики. А по простому, устроив засаду, расстреливали российских военнослужащих из автоматического оружия. В результате этого бандитского нападения на федералов, погибло 15, и получили ранения 28 военнослужащих войсковой части 34605. Сотрудникам Центра противодействия экстремизма МВД по Чеченской Республики было необходимо установить местонахождение всех трёх подозреваемых и обеспечить их явку к следователю в Ессентуки. Также Коновалов К.Б. пояснил, что часть террористов уже была ранее задержана и отбывала наказание за совершение этого бандитского нападения, а эта троица пока находилась на свободе. Но самое интересное, что всех троих необходимо было задержать практически одновременно, чтобы они не смогли сделать никаких звонков своим подельникам. Т.е., в 10 часов утра 11 мая 2013 года правоохранители должны были задержать Мурадиева, Куванаева и Таушева на территории РФ, а именно в с. Симаково, в г. Иваново и г. Ставрополье. Все опера ФСБ, участвовавшие в задержании бандитов на территории РФ, поддерживали между собой связь по мобильным телефонам и информировали друг друга о развитии событий.
В 9.30 час. я с участковым Скворцовым Олегом, Коновалов и ивановским эфэсбешником сели в мою служебную Волгу и полетели в с. Симаково. Погода была тёплая, солнечная, доехали минут за 15, я был в качестве водителя. Машину поставили у сельского храма. Опера проинструктировали Скворцова, что необходимо сделать, а именно под предлогом составления административного протокола вывести Мурадиева из своего дома и пройти с ним в поселковую администрацию, как раз мимо нашей Волги, где бы его приняли под белые рученьки опера ФСБ. При этом Мурадиев должен был взять с собой свой паспорт. Олег пошёл к дому Мурадиева, до которого оставалось метров 100, а мы втроём остались в машине и наблюдали за действиями участкового. Никакого волнения со стороны Скворцова, перед тем как он пошёл к дому подозреваемого, я не заметил, а вот опера ФСБ заметно нервничали. Предлог с составлением протокола за то, что якобы скот Мурадиева потоптал посевы соседей, предложил сам Олег. Было видно, что Олег зашёл за угол частного дома, видимо стучал в дверь, затем вышел из-за дома и стал ждать, когда хозяин выйдет на улицу. Мурадиев вышел довольно быстро, они, было направились в нашу сторону, но развернулись и Мурадиев вновь зашёл в дом. Вот тогда нервы у обоих оперов стали сдавать! Они запричитали «куда он его отпустил», «он сейчас сбежит или не дай бог ещё хуже, завалит его». Я их успокаивал, «спокойнее коллеги, просто тот, скорее всего, пошёл за паспортом и сейчас он выйдет из дома». Так и случилось, а потом выяснилось, что так оно в действительности и было. Ещё про себя подумал, неужели этот чёртов паспорт нельзя было взять после задержания преступника. Но, если честно, и у меня отлегло от сердца, когда увидел Скворцова и Мурадиева, которые спокойно шли в нашу сторону. Когда они поравнялись с нашей автомашиной, то опера выскочили из неё, подхватили с двух сторон Мурадиева и втроём втиснулись на заднее сиденье авто. Он поначалу даже не понял, что произошло и кто его затолкал в машину. Руки его держали по обеим сторонам оперативники. Первый вопрос к нему был, где мобильник? Он ответил, в правом кармане брюк. Его сразу же у него изъяли и вытащили из него аккумулятор. Разобранный телефон бросили на переднее пассажирское сиденье. Одет он был в футболку и брюки камуфляжной зелёной раскраски. Одежда действительно была не отечественного пошива. На его вопрос, что же произошло, ему Коновалов ответил, что всё отбегался, пора и отвечать за содеянное. Он всё видимо понял и сказал, что двенадцать лет же прошло и сроки давности вышли. На что Коновалов ответил, что за такие преступления сроки давности не применяются. И сразу поймал его на слове, «так значит, ты ещё где-то два года по горам бегал?», т.е. воевал? Потому что с 1999 года прошло уже 14 лет. Мурадиев понял, что сболтнул лишнего. Он как то сразу поник, на лице его была растерянность. Далее мы рванули в пункт полиции, и в начале одиннадцатого часа были уже там. Первым делом, задержанного Мурадиева эфэсбешники передали для охраны чеченским сотрудникам. Коновалов, зайдя ко мне в кабинет, стал по мобильному телефону докладывать наверх об успешном проведении операции. Доклад был короткий, дословно прозвучала следующая фраза: "Товарищ генерал-лейтенант, разрешите доложить? Бабушка приехала!". На другом конце провода его поздравили с успешным проведением операции и также информировали, что уже произведено задержание преступника в г. Иваново и оперативники уже готовы к задержанию бандита в г. Ставрополь, которого "ведут" по улицам города. Коновалов светился от радости. Понятное дело! Можно сказать, что долговременная оперативная разработка принесла свои результаты. Я ещё подумал, что кто-то будет дырки в пиджаках под ордена сверлить, а мои сотрудники даже мизерной премии не получат. В кабинет вошёл ивановский сотрудник ФСБ и сказал, что Мурадиев сильно напуган и просит личной встречи с начальником пункта полиции. Напугался он сотрудников МВД по Чеченской Республике и опасается за свою жизнь. Коновалов попросил меня поговорить с ним и сказать, что его повезут только до Москвы в сопровождении сотрудников ФСБ России. Когда Мурадиева в наручниках завели в мой кабинет, он удивился, увидев меня, ведь он видел меня только в машине и подумал, что я простой водитель, тем более я был в гражданке. Пришлось пояснить, что я и есть начальник пункта полиции и показал ему служебное удостоверение. Мурадиев был очень испуган. Я спросил, что произошло? Он ответил, что они (чеченцы) не довезут его даже до г. Иванова. Как только вывезут его за пределы Верхнего Ландеха, то сразу расправятся и закопают в лесу и попросил гарантировать ему безопасность. С Мурадиева уже сошла на нет его выдержка, представить его бандитом уже было трудно, он был жалок. Я стал внушать ему, что подумай сам, зачем задействовать столько сил, сотрудников различных ведомств, чтобы взять и без суда и следствия шлёпнуть тебя в лесу, проведя такую операцию, слишком всё сложно. Если б это было нужно, спустили бы на него двух церберов, которые прибыли из Чечни, и они бы сделали своё дело прямо у него за домом и прикопали бы его прямо в навозе у фермы. Кроме того, есть документы по уголовному делу, согласно которых его необходимо доставить к следователю. Зачем нужны документы, если приехали его прихлопнуть? И последнее, за ним приехали московские эфэсбешники, им за твою поимку дадут ордена и поэтому ты нужен им живой. Мои объяснения, похоже, его успокоили и он попросил, чтобы решили вопрос с детьми, что остались в доме, т.к. жена уехала в Москву на заработки. Пока там взрослый сын присматривает, но лучше присмотр взрослых. Я пообещал всё решить. После вывел Мурадиева из кабинета и передал чеченским сотрудникам. Один из них подходя к нему, щелчком пальца стряхнул с его плеча воображаемую муху и сказал: "Нэ баись, на тэба даже муха не садэт!". Такое "успокоение" свело на нет все мои предыдущие старания.
Буквально сразу прибывшая к нам спецгруппа стала собираться в обратный путь. Я попросил у Коновалов дать мне все имеющиеся у него копии документов по делу Мурадиева. Постановления о задержании его у них не было, но подозреваемого увозили с моей подконтрольной территории и, наверное, надолго. На его вопрос "зачем?", я сказал, что сейчас проснётся его родня, диаспора, друзья, вышестоящий Пучежский отдел, областное УМВД, пойдут звонки, ходоки, и что мне придется им всё объяснять. Он согласился с моими доводами. Также я взял у его номер телефона, на случай если будут возникать вопросы, на которые у меня не будет ответа, и что буду пересылать всех особо дотошных к нему. Он также согласился. Обещал Коновалов К.Б. посодействовать в вопросе поощрения моих сотрудников, кто принял непосредственное участие в изобличении и задержании преступника. Только всё это осталось на словах. После их отъезда я дал указание старшему инспектору ПДН Смирновой Наталье Николаевне, взять на себя решение вопроса о детях. Эта проблема решилась достаточно быстро. Нашлись то ли родственники жены, то ли земляки, которые взяли на себя обязанность по присмотру за детьми, пока не приедет их мать.
Я отзвонился первому заместителю начальника Пучежского МО Серову Владимиру Павловичу и доложил о произошедшем на моей территории. Он был, конечно, очень удивлён, что им вообще ничего об этом
не известно. Он поставил в известность ЦПЭ УМВД, мне сразу позвонили оттуда, расспросили подробности и попросили прислать по факсу все имеющиеся у меня документы. Также я дал им телефон Коновалов для уточнения подробностей. Мы так и не поняли, то ли Мурадиева разрабатывали параллельно две структуры, и ФСБ просто опередили УМВД, подведя итог операции, то ли приоритет в постановке конечной точки был отдан ФСБ. Не это главное... Главное, что преступник понёс наказание, сколько бы он до этого не скрывался. Правосудие свершилось.
Обращались в пункт полиции и земляки и родственники задержанного, узнать что произошло, звонили они и в УМВД. Им всё объяснили, дядя Мурадиева говорил, что его племянника к этому принудили боевики, он был очень молод и ему некуда было деваться. Следствие разобралось…

Году в 2016 я связался с Коновалов К.Б., он узнал меня и поведал, что Мурадиев получил по суду срок в 8 лет. Достаточно не большой, учитывая тяжесть преступления. Может, были смягчающие вину обстоятельства, возможно, сотрудничал со следствием... Этого мы не узнаем…

По службе мне не пришлось побывать в "горячих точках", хотя рапорты с просьбой направить меня в командировку мною писались. Руководство не отпускало меня, работы хватало и на тех должностях на каких пришлось служить. Как говориться «что не делается, всё к лучшему». Свою реальную лепту, пусть и маленькую, в дело борьбы с терроризмом я внёс.

Ветеран ОВД
майор полиции в отставке
Самышин Александр Александрович

Популярное в

))}
Loading...
наверх