Последние комментарии

  • Любовь Баусова (Пухова)
    Давным-давно я уже не ученица, и не собираю новенькие тетради, учебники, свежими типографскими красками пахнущие, не ...Сегодня Первое
  • Сергей Гладков
    Наша первая учительница. 1963 г.Юбилярша встречала пирогами
  • Сергей Гладков
    Кстати, о западных либералах. Александр Алексеевич имел привычку во время уроков отлучаться минут на 10-15, давая нам...Ватники

Дмитрий Астраханов. Восемь лет на эсминце

  

   Пучежане   крепко связаны с великой русской рекой Волгой, оказывающей на их судьбы порошой рещающее значение. Так было и Дмитрием Николаевичем Астрахановым. Родился он в деревне Крутцы Яблоновского сельсовета. Волга с раннего детства была перед глазами: только из дома выйди на крутой обрывистый берег, и вот она, красавица, гордо и величаво несет свои воды.

Естественно, что и тянула она его к себе, не случайно, что и работать он стал речником на пароходе.

- 17 ноября 1938 года мы пришли в затон, рассказывает Дмитрий Николаевич, - а там мне повестка в военкомат. Затон был напротив Юрьевца. Как переправишься, если Волга еще не встала, а шуга уже сплошным потоком шла? На мое счастье буксир в Юрьевец пошел, я на нем и переправился. А потом пешим порядком до Крутцов. На другой день пошел в военкомат, прошел медицинскую комиссию, и мне сразу же выдали все документы, в том числе и проездной литер до Ленинграда ...

  И поехал новобранец самостоятельно, без всякого сопровождения служить на Балтийский флот. Прибыл в полуэкипаж, прошел все положенное, в том числе и санпропускник, а потом был направлен в школу оружия, расположенную в Кронштадте. В апреле 1939 года молодой матрос Дмитрий Астраханов закончил обучение на торпедного электрика и был направлен на эскадренный миноносец "Грозящий". Эсминец еще только строился на Балтийском судостроительном заводе. Команде пришлось принять участие в монтаже оборудования и вооружения. Потом месяца четыре шли ходовые испытания.

   К началу финской войны эсминец был уже настоящей боевой единицей Балтфлота. Пришлось ему участвовать в разгроме финских гарнизонов на Аланских островах, в блокаде Финляндии с моря.  База эскадры в это время была в Таллине. Эсминец часто менял места базирования: Таллин, Либава, Рига, снова Таллин.

- Зимой 1939 года нам дали задание помочь выбраться изо льдов нашей подводной лодке. Но в указанном месте ее не оказалось,уже ушла, - продолжает рассказ ветеран. - Зато сами попали в сложную ледовую обстановку, пришлось таранить льды. А ведь эсминец не ледокол, нос корабля стал как гармошка, появилась течь. пришлось идти на завод ремонтироваться...

   Война с Германией для моряков Балтфлота началась на день раньше, чем для остальных.

  - Помню, в субботу 21 июня 1941 года утром мы готовились к увольнению, а стояли тогда в Риге. Вдруг объявляют боевую тревогу. Какое уж тут увольнение? Получили приказ выйти в Ирбенский пролив,  чтобы не пропустить немецкие корабли в Рижский залив. Только пришли туда, появились 9 "Юнкерсов". Прошли над позициями береговой обороны, никто по ним не стреляет. Они развернулись и набросились на наш эсминец. Сбросили 18 бомб, но ни одна в цель не попала. У нас был опытный командир капитан третьего ранга Черемхин. Он очень умело маневрировал, чем спас корабль. Зато наши зенитчики сбили один "Юнкерс". Так началась наша фронтовая служба. Эсминец считался мастером постановки мин. А минировать приходилось много, чтобы защитить сухопутные части и порты от действий немецкого флота.

 

   Однажды ночью во время минирования нас начали обстреливать с берега, видимо, мы чем-то демаскировали себя. Но мины все-таки поставили. Стали уходить из-под обстрела, и, видимо, сорвали с якоря параванами немецкую мину. Она оказалась не на тросе, который легко перерезается, а на кованой цепи. В результате мина взорвалась около борта, повредив носовую часть. Пришлось задним ходом идти до Таллина. Там нас немного подремонтировали, и пошел эсминец в Ленинград на завод. После ремонта опять на боевую вахту.

  Разных случаев много было, всех не расскажешь: и сеть на винты наматывали, и под бомбежками и обстрелами бывали. После одной операции мы ремонтировали эсминец в доке в Конштадте. Все боеприпасы для этого были сняты с корабля на баржу, которая была отведена в канал на приличное расстояние от эсминца. Пошел я вечером к этой барже посты проверять, а немцы звездный налет на базу флота сделали.  Бомбы попали в некоторые корабли, погиб линкор "Марат". Вернулся я на эсминец и ужаснулся: бомба попала в пятую палубу, под которой наш жилой кубрик, а ниже - помещение, где раньше боеприпасы лежали.  Погибло пять человек из моего отделения электриков (я с 1940 года был командиром этого отделения). Возник пожар в трюме и кубрике. Ремонтировались долго. Нас уже хотели направить вместе с пушками и пулеметами  на сушу воевать, но из Москвы приказали сохранить эсминец как боевую единицу. Отремонтировали корабль, и остался он в Ленинграде. К этому времени немец уже вплотную к городу подошел, постоянно обстреливал жилые кварталы и корабли. Мы были все время на ходу, участвовали в артиллерийских дуэлях, поддерживали огнем сухопутные части. Люди гибли не только от обстрелов, но и от голода. Нам давали 300 граммов суррогатного хлеба в день. Разве это еда? Моряки были истощены, караул шел на Кировские острова (там за 8 км были посты) целый день. Пойдем немного, посидим, потом опять вперед. На улицах Ленинграда трупы. Смотришь, сидит человек, как будто отдыхает у стенки, а подойдешь - он уже закоченел. Ну, когда "Дорогу жизни" через Ладожское озеро проложили, стало немного получше.

  После снятия блокады перевели эсминец "Грозящий" в Таллин. И опять боевая работа. Потом потребовался ремонт турбины. Повел командир свой корабль на завод, но прямо по Финскому заливу опасно было идти, густо был нашпигован и нашими и немецкими минами, поэтому зашли в Хельсинки. А пришлось там стоять целый месяц: не пускали ни в Ленинград, ни в Таллин. Кончилась вода, продовольствие. Только через посольство удалось добиться удовлетворения своих потребностей...

  Война окончилась, но служба продолжалась. Лишь в декабре 1946 года старшина первой статьи Астраханов Д.Н. был демобилизован и вернулся на родину. На груди его сверкали медали "За боевые заслуги", Ушакова, "За оборону Ленинграда", "За победу над Германией". Так закончилась для него военная дорога и началась гражданская.  Пять лет он проработал на Горьковском автозаводе, а потом вернулся в Пучеж, поступил в "Сельхозтехнику", где проработал до ухода на пенсию в 1978 году.

Астраханов Дмитрий Николаевич. 1985 г.

В.А.Лебедев. "Они защитили Отчизну" , 2004 г.

Популярное в

))}
Loading...
наверх